Приветствуем, геймер! Ты можешь или
16+
180px-ajantisl

Автор Доктор 71 *

94

ЗНАКОМСТВО С ОТДЕЛЬНЫМИ КНИГАМИ АЛЕКСАНДРА БУШКОВА

ЗНАКОМСТВО С ОТДЕЛЬНЫМИ КНИГАМИ АЛЕКСАНДРА БУШКОВА
Мир книг - ЗНАКОМСТВО С ОТДЕЛЬНЫМИ КНИГАМИ АЛЕКСАНДРА БУШКОВАЗНАКОМСТВО С ОТДЕЛЬНЫМИ КНИГАМИ АЛЕКСАНДРА БУШКОВА

«Сталин был жесток и ужасен. Но он, в сущности, всего лишь сделал так, что Россия за пару десятков лет пробежала путь, который благополучные западные демократии проделали за пару столетий. Речь идёт не о том, какой ценой всё это создавалось, а о том, как это возможно было создать за столь короткий срок!»

А.А.Бушков, «Россия, которой не было»

Когда я учился в школе, то о Сталине думал также, как большинство: тиран, злодей и прочее. Но постепенно стал задаваться вопросом – а почему же мои родственники никогда не говорят о нём плохо? Ни дед, бывший председателем колхоза и за испорченное зерно угодивший в штрафной батальон (вернулся с фронта без ноги). Ни отец, переживший страшный военный голод и чудом выживший. Ни второй дед, прошедший всю войну и тоже хлебнувший лиха. «Что-то здесь не так!» - думал я, но что именно? Откуда взять информацию, хотя бы приблизительно показывающую общую картину? Не одну сторону медали, на которой написано «тиран, злодей, душегуб», а ещё и вторую, скрытую?

И вот спустя годы мне в руки – случайно! - попала книга А. А. Бушкова «Россия, которой не было». Это был шок! Местами автор, как мне казалось, «хватает через край», но местами было чрезвычайно интересно. Особенно – там, где он рассказывал о Сталине…

Немного отступлю от темы: каков, по-вашему, главный недостаток школьного учебника истории? С моей точки зрения - последовательное повествование. Сначала древний Египет, затем Вавилон, потом франки, за ними – германцы… В итоге в голове устанавливается страшная чехарда, история мира представляется состоящей из отдельных фактов, отделённых друг от друга. Что бы стоило писать в конце каждой главы: «А это время в Англии… на территории Руси…в Китае…» - между всеми историческими вехами появилась бы связь, история стала бы восприниматься, как единое целое. Понятно, что это сложнее, чем последовательное повествование, зато насколько правильнее и интереснее!

(Первая книга, из прочитанных мной, в которой картина истории представлялась целиком, с описанием происходящего в разных местах – Рим, Константинополь, Русь - называлась «Русь изначальная». Уникальное произведение, прочитайте обязательно!)

Увы, точно таким же «грехом» страдает большинство наших историков: берётся отдельный факт и рассматривается по отдельности от всего окружающего мира. Согласен, миру наплевать на, допустим, «медный бунт» в Москве – малозначительное для него событие. Но ведь точно так же рассматривают события любой величины! Не принимая во внимание никаких окружающих факторов, не задумываясь - почему было именно так?

Не таковы исторические книги Александра Бушкова: он никогда не берёт отдельного события, а всегда сначала в деталях рассматривает время, предшествовавшее ему, затем - совпадающее с ним; анализирует – могло ли быть по-другому? Собирает и выделяет массу свидетельств, ссылок, логических заключений. Словом, рассматривает проблему со всех сторон.

Ах да, он же не историк! И не раз подвергался критике историков с дипломами! Алексей Максимович Горький почти не учился в школе, но всегда поражал окружающих своими знаниями, почёрпнутыми исключительно из прочитанных книг. Чтобы стать историком, совершенно не обязательно заканчивать специальное учебное заведение и получать диплом.

На счёт критики исторических работ А.А. Бушкова могу сказать следующее: крайне интересно наблюдать происходящее на больших медицинских конференциях. Стоит профессору Московской школы услышать доклад оппонента из глубинки, как начинается такое! «Как вы можете об этом судить?! Вы что, хотите сказать, что ваши результаты лечения превосходят наши?! Да мы - целая клиника, а вы кто?!» Рискну предположить, что такая же картина наблюдается во многих сферах, не только в медицине; и вряд ли история является исключением. Особенно, если работа автора идёт вразрез с принятой большинством точкой зрения.

Между прочим, я ожидал, что кто-то обязательно скажет: «Бушков – фантаст, он пишет беллетристику и детективы!». И я так считал, пока не ознакомился с книгой «Россия, которой не было». (Именно после её прочтения нашёл книгу о Павле первом – и изменил своё мнение об этом императоре.) Но в этой книге множество спорных моментов, она посвящается не одной теме, а нескольким; у А.А. Бушкова есть и более фундаментальные работы.

Скажите, что вы знаете об истории гражданской войне в США? «Ну как же!» - ответит почти любой, - «Северяне сражались с южанами за свободу рабов!». Примерно так думал и я, пока не приобрёл книгу «Неизвестная война. Тайная история США». И снова – шок! Оказывается, я вообще ничего не знаю о войне между Севером и Югом! Под впечатлением отыскал и прочёл «Хижину дяди Тома», «Унесённые ветром»: не зря же А.А. Бушков упоминает эти произведения в своей книге. (Кстати, на моих знакомых эта книга произвела такое же впечатление. Почитайте пару страниц – не сможете оторваться и вы! Впрочем, она требует отдельного поста.)

ЗНАКОМСТВО С ОТДЕЛЬНЫМИ КНИГАМИ АЛЕКСАНДРА БУШКОВА
Мир книг - ЗНАКОМСТВО С ОТДЕЛЬНЫМИ КНИГАМИ АЛЕКСАНДРА БУШКОВАЗНАКОМСТВО С ОТДЕЛЬНЫМИ КНИГАМИ АЛЕКСАНДРА БУШКОВА

А теперь – о главном; о двух книгах: "Сталин. Красный монарх" и "Сталин. Ледяной трон" - повествующих о личности, одними проклинаемой, другими превозносимой.

Хотя тут я не совсем прав: эти книги рассказывают о ВРЕМЕНИ, в котором существовали ЛИЧНОСТИ – именно так, с большой буквы. Одной из личностей и был Иосиф Виссарионович Сталин.

Наберитесь терпения и прочтите хотя бы цитаты из двух томов. Но, без сомнения, лучше всё-таки прочитать книги целиком. И ещё одно. Я вовсе не преклоняюсь перед Александром Бушковым и согласен далеко не со всеми его книгами. (Например, его книга о Григории Распутине стоит у меня на самой нижней полке, вверх ногами – ей там не тесно!) Просто считаю, что пока ещё никто, лучше чем он, не отразил реалий того славного и страшного времени…

«Автор не ставит перед собой задачу ни «реабилитировать», ни «восхвалять» Иосифа Виссарионовича Сталина, красного императора. У этой книги другая цель: насколько это возможно, восстановить реальную историю, понять мотивы и объяснить поступки Сталина без примитивных клише, когда используются лишь черная и белая краска.»

«Решительно непонятно: если все в России обстояло так прекрасно, если подавляющее большинство жило безбедно, что же за паранойя охватила народы империи, заставив их своими руками разрушить столь процветающую, сытую и благополучную страну?»

«Ни в русско-японскую, ни в первую мировую подавляющее большинство россиян не ощущало эти войны своими. А поскольку человек так уж устроен, что категорически не согласен погибать за непонятные ему цели, низы воевать не хотели. А о верхах никто еще не выразился лучше Троцкого: «Все спешили хватать и жрать, в страхе, что благодатный дождь прекратится, и все с негодованием отвергали позорную идею преждевременного мира».

А меж тем в стране замаячил призрак голода – так что пришлось вводить продразверстку! Задолго до большевиков…»

«Запад всегда, во все времена поступал прагматично и, в первую очередь, следил за собственной выгодой. И в России не собирался от этой привычки отказываться. Обозначилась неуправляемая, практически бесхозная территория с огромными богатствами – и цивилизованные европейцы, не размениваясь на высокие словеса, приготовились ее делить, как Африку или Китай. Большевики им это увлекательное предприятие безжалостно сорвали…»

«По большому счету Ленин поступил с немцами гениальнейше. Кинул их грандиознейше. Сколько бы там большевики ни отправили в Германию по Брестскому миру «яйца, млека, сала», сколько бы денег ни переслали, это была не более чем тактическая уступка, проигрыш пешки за ферзя. Потому что в самом скором времени уже в Германии под вдумчивым большевистским руководством грянула революция.»

«В советские времена в иных книгах и фильмах белогвардейцев изображали как оголтелых монархистов, со слезами на глазах внимавших мелодии «Боже, царя храни». На деле же обстояло чуточку иначе. По большому счету, судьба свергнутого императора и его семьи никого особенно не волновала. В Екатеринбурге, когда туда перевезли Николая, как раз и размещалась в эвакуации Академия Генерального штаба – отборные офицеры, числом почти не уступавшие немногочисленному гарнизону Уралсовдепа. При минимальном желании эти профессионалы войны могли бы без особого труда освободить свергнутого императора.

Вот только не было ни малейшего желания…»

«Хочу напомнить: ни одно из белогвардейских движений, боровшихся с большевиками, не поднимало монархических лозунгов. В тылах Деникина монархистов даже, как о том подробно вспоминает В. Шульгин, преследовала всерьез белая контрразведка…»

«Красные победили потому, что у них была идея – а у белых не имелось даже намека на таковую. Можно тысячу раз повторять, что идеи большевиков были ошибочными, ложными, лицемерными, маскировавшими их истинные намерения. Не в том суть. Большевики сумели предъявить населению убедительную идею, а их противники не смогли. У Ленина есть гениальное, на мой взгляд, высказывание: идея только тогда становится реальной силой, когда она овладевает массами.»

«Сразу после «неудачи польского похода» Троцкий стал инициатором «советизации» Персии, нынешнего Ирана. Туда под видом «местных бунтовщиков» браво вторглись регулярные подразделения Красной армии, с ходу основав Гилянскую советскую республику. Однако и эта затея с треском провалилась: местное население, к идеям марксизма совершенно равнодушное, стало не на шутку сопротивляться, персидские «надежнейшие товарищи» оказались авантюристами и жуликами, так что красным конникам под командой знаменитого Примакова пришлось убраться восвояси. О том, что они там вообще были, велено было на самом высоком уровне забыть раз и навсегда. И забыли. Так надежно, что это впоследствии доставляло немало хлопот советским литературоведам. Дело в том, что при штабе Примакова был и Сергей Есенин, там же и написавший свой знаменитый «персидский» цикл. Но поскольку о советском вторжении в Персию и словом велено было не заикаться, вплоть до развала СССР литературоведам пришлось талдычить, что «персидские стихи» Есенина созданы не на основе «творческой командировки», а по «заочной любви» к далекой загадочной Персии, где поэт, конечно же, в жизни не бывал…»

«На севере Норвегия посылала в наши территориальные воды сотни промысловых судов, которые вели хищнический бой тюленей, вопреки международным правилам уничтожая и самок, и детенышей. Только в 1922 г. норвеги, как их именуют в наших северных краях, перебили 900 000 тюленей – напоминаю, на нашей территории. Когда на перехват выходили суденышки пограничников, вооруженные в лучшем случае пулеметами, по ним – в советских водах! – беззастенчиво лупили из орудий боевые норвежские корабли. Дошло до того, что в Белое море прикрывать своих браконьеров пришел норвежский броненосец береговой охраны с пушками калибром 210 миллиметров…

И эта вольготная грабиловка продолжалась до 1933 г. – потом Сталин перевел с Балтийского флота на Северный несколько эсминцев и подводных лодок с приказом не церемониться – и норвегов как ветром сдуло из наших вод…»

«В который раз повторяю для непонятливых: я никого и ничего не оправдываю. Я просто объясняю реальные мотивы поступков Сталина.

Давайте проведем подобие «штабной игры». Представьте себя на месте Сталина, стоявшего во главе страны, которую беззастенчиво грабят, против которой, вполне возможно, может состояться серьезнейшая агрессия. Ваша задача – сделать страну сильной, для чего следует в кратчайшие сроки (иначе вас сомнут!) создать промышленность…

Одно немаловажное уточнение: вы не можете ни застрелиться, ни уехать в эмиграцию, подобно Троцкому, ни даже подать в отставку. Потому что вы внутренне убеждены, что обязаны оставаться во главе страны – и обязаны ее поднять из разрухи любой ценой.

Так вот, ваши действия? У вас есть одна-единственная возможность: взять в деревне много-много хлеба и продать его за рубеж, получить за это валюту, а уж на нее купить оборудование для становления промышленности.

Ну же, ваши действия?

Только, я вас умоляю, без всякого придурочного интеллигентского лепета о том, что хлеб у крестьян надо купить, предложив взамен необходимые деревне товары. У вас совершенно не на что покупать хлеб. Ваша казна пуста, потому что миллиарды золотых рублей растрачены впустую на коминтерновские авантюры. Вам негде взять товары для деревни. Хлеб вы можете только отобрать – потому что деревня уже придерживает хлеб, не желая сдавать его городу по существующим невысоким ценам. Уже придерживает! У вас на столе лежат секретнейшие сводки, которые сообщают: скоро в миллионных – и не миллионных тоже – городах начнется голод. И тогда, не исключено (память о Гражданской войне слишком свежа и необходимые навыки не утеряны) начнется сама собой война города против деревни. Город самочинно кинется в деревню за хлебом – как это было в Австрии всего десять лет назад.

Вам нужно получить зерно для индустриализации. Вам нужно создать систему сельского хозяйства, которая обеспечит бесперебойные поставки продовольствия в города, не зависящую от капризов собственника…

Ну же, ваши действия?

Вот то-то, хорошие мои, гуманные мои… Будь вы ангелом во плоти, хлеб вы возьмете…»

«Да, мы упустили еще один «альтернативный» вариант. Иные на голубом глазу твердят, что «можно было взять взаймы» на Западе.

Ну что же, в последние годы спорить с такой постановкой вопроса не просто легко, а очень легко. Сколько было взято займов на Западе в ельцинские времена? И что, жить стало лучше хоть чуточку? А почему вы полагаете, что в двадцать девятом дело обстояло бы иначе?

Бесплатного сыра не бывает. Любой кредитор потребовал бы и политических уступок, и, не мудрствуя, какого-то куска страны – не обязательно в смысле территорий. Для того займы в основном и даются в подобных исторических ситуациях, чтобы загнать должника в кабалу…

И потом, в то время на Западе не было свободных денег. В те годы как раз бушевал серьезнейший экономический кризис, грянувший в США и распространившийся на Европу (благодаря чему, в частности, СССР, вероятнее всего, и не подвергся нашествию новой Антанты). Запад был обеспокоен собственным выживанием.

И потому там охотно, порой дешевле рыночных цен, продавали Сталину все, что он желал, – от автомобильных заводов до оборудования нефтепромыслов.»

«Убедительная просьба не забывать, что Сталину досталось в наследство. Ему пришлось идти на колоссальные жертвы исключительно потому, что Россию до столь убогого состояния довели его предшественники – и коронованные особы, и тупые сановники, и трепливая интеллигенция. Они развалили все, что можно было развалить, и Сталину пришлось все выправлять.»

«Выведенный из себя Сталин трижды просил об отставке со всех постов – 19 августа 1924 г., 27 декабря 1926 г., 19 декабря 1927 г., однажды не без иронии предлагая отправить его на работу в Туруханский край, где отбывал ссылку.

Его все три раза не отпустили. Причины, как сто раз говорилось, не в его интригах и не в страхе перед ним: просто-напросто партийное большинство признавало своим капитаном только Сталина и никого другого не хотело. Вот где истина, одна-единственная, а все остальное – недалекая болтовня!»

«Любой человек, если только он не законченный дебил, с годами постепенно, понемногу меняет убеждения, характер, взгляды, привычки – потому что взрослеет, усложняется, набирается житейского опыта, потому что в его сознание непрерывно поступает поток свежей информации, потому что с ним происходят разнообразнейшие события, опять-таки вынуждающие человека меняться…»

«Между прочим, в точности так обстояло дело и со «всем известным» высказыванием Ленина о том, что якобы «каждая кухарка способна управлять государством». На деле же Ленин попросту призывал создать такие условия воспитания и образования, при которых каждая кухарка сможет квалифицированно принимать участие в делах государственного управления! Существенная разница, не правда ли?!»

«Американский посол в Москве Джозеф Дэвис: «Значительная часть всего мира считала тогда, что знаменитые процессы изменников и чистки 1935–1938 гг. являются возмутительными примерами варварства, неблагодарности и проявления истерии. Однако в настоящее время стало очевидно, что они свидетельствовали о поразительной дальновидности Сталина и его близких соратников… Сталин и его соратники убрали предательские элементы».

Через несколько дней после нападения Гитлера на СССР Дэвиса спросили:

– А что вы скажете относительно членов пятой колонны в России?

Дэвис спокойно ответил:

– У них таких нет, они их расстреляли…»

«Есть еще книга французского исследователя Алена Деко (с которой Мухин, как я убедился, к сожалению, не знаком, а зря). За двадцать лет до Мухина Деко столь же логично и убедительно доказал, что катынский расстрел – дело рук немцев. Он отыскал следы конкретной воинской части, которая и осуществляла расстрелы. Он отыскал очевидцев, видевших, как немцы впоследствии возили на грузовиках полусгнившие трупы к тому месту, где с такой помпой обнаружили потом «следы советских зверств». Он отыскал даже неопровержимые свидетельства, что кое-кто из числившихся расстрелянными польских офицеров впоследствии обнаружился живехоньким и здоровехоньким. Книга Деко давным-давно издана в России и раритетом не является…

Катынский расстрел, между прочим – вполне в русле немецкой политики по обезглавливанию польского народа, которую гитлеровцы не особенно и скрывали.»

«И напоследок – еще об одном «сталинском проступке», по поводу которого до сих пор из Польши доносится возмущенное фырканье. Сталин, злодей вселенский, виноват еще и в том, что не помог в 1944 г. организаторам Варшавского восстания, не послал на помощь войска, спокойно смотрел, как немцы с помощью артиллерии и авиации стирают город с лица земли.

Вот тут уже польская дурная наивность взмывает до космических высот…

А почему Сталин должен был помогать руководителям Варшавского восстания? Которое, уточню, было затеяно исключительно для того, чтобы под носом у Сталина захватить Варшаву раньше него и передать ее под юрисдикцию эмигрантского лондонского правительства.»

«В обмене Якова Джугашвили на пленных немцев не было ничего дурного?! Мать вашу, да через пять минут после удачно проведенного обмена вся немахонькая машина германской пропаганды загрохотала бы по полной! Легко представить, какие листовки запорхали бы над советскими окопами. «Aга! – злорадно орали бы немецкие пропагандисты. – Своего сыночка ваш вождь выручил, порадел родному человечку, а вот ваши детки, братья и папаши так и будут томиться за проволокой!»

Что-то в этом роде непременно было бы пущено в ход. Ущерб, который понесла бы репутация руководителя страны, количественному измерению не поддается. Сталин не мог этого не понимать. И не могло у него быть в этот миг никаких таких «отцовских чувств», не имел Иосиф Виссарионович на них права…»

«Вспоминает маршал Голованов: «Он (Жуков. – А. Б .) ставил перед Сталиным вопрос о том, чтобы перенести штаб Западного фронта из Перхушкова за восточную окраину Москвы, в район Арзамаса. Это означало сдачу Москвы противнику. Я был свидетелем разговора Сталина с членом Военного совета ВВС Западного фронта генералом Степановым – тот поставил этот вопрос перед Сталиным по поручению командующего фронтом. Сталин ответил: «Возьмите лопаты и копайте себе могилы. Штаб фронта останется в Перхушково, а я останусь в Москве. До свидания». Кроме Степанова, об этом знают Василевский и Штеменко. Жуков есть Жуков, но факт есть факт. А при встрече скажет, что либо такого не было, либо корреспондент не так написал».

Эвакуироваться из Москвы Сталин отказался категорически. Когда у него, решив найти обходной путь, деликатно поинтересовались: мол, не пора ли грузить в вагоны полк вашей личной охраны, Сталин, по сохранившимся свидетельствам, ответил кратко и недвусмысленно: этот полк он при необходимости лично поведет в атаку.»

«Продуктовые карточки в СССР отменили в 1947 г. – на четыре года раньше, чем в Великобритании. Еще раньше, сразу после Победы, с предприятий пищевой промышленности особым решением убрали суррогаты, «эрзацы» вроде сахарина и прочих заменителей. Была вновь введена довоенная рецептура продуктов.»

«Немного о зарплатах и ценах, чтобы читатель получил некоторое представление о тогдашних реалиях и возможностях.

Рядовой милиционер получал 550 рублей. Квалифицированный рабочий – около тысячи. Думаю, достаточно этого, чтобы получить некий ориентир.

Теперь – цены.

Автомобиль «Москвич-401» (самого первого выпуска) – 8000 руб.

Фотоаппарат «ФЭД» – 1100 руб.

Радиоприемник «Рекорд» (по тем временам роскошный) – 600 руб.

Радиоприемник «Москвич» (гораздо проще) – 250 руб.

Телевизор стоил дорого – полторы тысячи рублей. Не удивляйтесь, именно телевизор. В сороковых годах вещание ограничивалось Москвой, телевизоров было мало, но это была не «закрытая» услуга для избранных, а доступная всякому, у кого есть деньги. Передачи происходили два-три раза в неделю, по единственному каналу, всего на несколько часов. Показывали спектакли, концерты, кинофильмы.

О товарах, гораздо более необходимых, чем откровенная роскошь в виде телевизора (а впрочем, для упомянутого квалифицированного рабочего это всего полторы зарплаты).

Мужской костюм из чистой шерсти – 1500 руб.

Костюм попроще – 450 руб.

Туфли – 250–300 руб.

Патефон – 900 руб.

Наручные часы – 900 руб.

Теперь – продукты.

Килограмм ржаного хлеба (буханка) – 3 руб.

Килограмм пшеничного – 4 руб. 40 коп.

Килограмм гречки – 12 руб.

Килограмм сахара – 15 руб.

Килограмм сливочного масла – 64 руб.

Литр подсолнечного масла – 30 руб.

Килограмм судака – 12 руб.

Литр молока – 3–4 руб. (в зависимости от жирности).

Десяток яиц (яйца делились на три категории) – 12–16 руб.

Бутылка водки – 60 руб.

Бутылка пива «Жигулевское» – 7 руб.

Цены – до снижения. А снижения тогда проводились регулярно. В 1947 г., после денежной реформы, были снижены на десять процентов цены на хлеб, крупу, макароны, pыбy, мясо, яйца. Водка подешевела на 28 процентов, патефоны и часы – на 30.

1950 год – новое снижение. Хлеб и масло подешевели на тридцать процентов, как и пиво, кожаные ботинки – на тридцать пять, десертные вина – на сорок девять.

1951-й и 1952-й – очередные снижения.»

«Пикантность в том, что и у Запада были свои мотивы устранить Сталина – как и у партийной верхушки, речь шла о примитивном выживании.

Потому что Сталин, не исключено, все же готовил большую войну. Ту самую операцию «Гроза», чье существование в сорок первом году представляется весьма и весьма сомнительным, а вот году в пятьдесят четвертом – вполне возможным… Удобный момент! Противовоздушная оборона СССР – орешек крепкий. Танков предостаточно – как и солдат. Миллионы обстрелянных мужчин, совсем молодых, прошедших Отечественную. И вдобавок – поистине неисчерпаемый людской резерв в лице китайцев: с ними еще дружат на полную катушку, и вряд ли Мао воспротивится сталинскому плану Третьей мировой…

Не исключено, Сталин ее все же планировал… По воспоминаниям генерал-лейтенанта Н. Н. Остроумова, весной 1952-го Сталин приказал срочно сформировать сто дивизий реактивных бомбардировщиков фронтовой авиации. Для обороны столько не нужно. На Чукотке начинают строить аэродромы, концентрировать там пехотные соединения. До Аляски – всего-то шестьдесят километров. Можно утверждать однозначно: если бы советским войскам удалось занять Британские острова, американцы ни за что не смогли бы создать и удерживать в Европе плацдарм для серьезных контратак. Меж тем, Штаты достали бы с другой стороны – через Аляску и Канаду. Те самые многомиллионные китайские армии половодьем растеклись бы по западным штатам…

Никто еще не отыскал убедительного объяснения, зачем Сталин после войны распорядился разрабатывать проекты могучих линкоров. Но если допустить, что и они предназначались для Третьей мировой…

Сталин мог ее планировать. И у него были реальные шансы эту войну выиграть. Не столь уж зыбкие. «Гроза» образца года пятьдесят четвертого – не такая уж авантюра…

Я ничего не утверждаю прямо. Но очень уж подходящий был момент для «последнего и решительного боя». Совершенно иная ситуация, нежели в сорок первом.»

«На этом кончается повествование о Сталине и его людях, об их великом времени. Я изо всех сил пытался быть беспристрастным, но это не всегда удавалось. Может быть, этого не получилось вообще. Ну, в конце концов, я тоже живой человек, не чуждый ни любви, ни ненависти. Сплошь и рядом наше современное ворчанье в адрес Сталина и его сподвижников вызвано тем, что мы неосознанно подходим к прошлому с мерками нашего времени. Судим по современным шаблонам и критериям.

А ведь это было другое время, господа мои! И люди были – другие. Пора бы, наконец, это понять. И нельзя, никак нельзя мерить великанов позаимствованным у карликов крошечным аршинчиком.»

P.S. Сегодня в Москве состоялся военный парад. Посвящённый семьдесят пятой годовщине военного парада на Красной площади. Просто парада – и всё. Перед началом парада в театрализованном представлении был исполнен «Марш танкистов». Но с изменённым припевом. Вместо:

«Гремя огнём, сверкая блеском стали,

Пойдут машины в яростный поход,

Когда нас в бой пошлёт товарищ Сталин

И первый маршал в бой нас поведёт!»

Пелось:

«Гремя огнём, сверкая блеском стали,

Пойдут машины в яростный поход,

Когда суровый час войны настанет

И нас в атаку Родина пошлёт.»

Словно в 1941 году парад совершенно случайно пришёлся на дату седьмое ноября, а никакого Сталина не было вовсе. Пока такое происходит, я считаю себя обязанным хоть иногда выкладывать посты, похожие на два последних.

Поздравляю всех с девяносто девятой годовщиной Великой Октябрьской социалистической революции!

94
Интересное на Gamer.ru

3 комментария к «ЗНАКОМСТВО С ОТДЕЛЬНЫМИ КНИГАМИ АЛЕКСАНДРА БУШКОВА»

    Загружается
Чат