Приветствуем, геймер! Ты можешь или
16+
Ein_walking_05

Инди-катор vladforn 70 *

99

Кризис психоистории или ее развитие?

Наверно, почти все поклонники научной фантастики читали фантастическую сагу о далеком будущем Айзека Азимова – "Основание" (Основатели или Фонд, или Академия). Потрясает великолепный размах действия этих книг, как в пространстве – представьте себе Галактическую Империю человечества, так и во времени – на целые тысячелетия.

Кризис психоистории или ее развитие?
Science Fantastic eaten my mind - Кризис психоистории или ее развитие?Кризис психоистории или ее развитие?

Непростой сюжет книги, новая наука – психоистория, определяющая судьбу Империи и всего человечества, вот что сразу захватывает тебя с первых страниц произведения. Теоремы придуманной науки, ее законы и следствия из них, конечно, напоминают механистический подход Декарта, который представлял всю вселенную, как сложный и величественный механизм со своими пружинками и шестеренками, который кто-то завел, и он тикает по логическим законам, что можно вывести и точно описать в каких-то четких формулах. (Но вот общественные науки, в том числе, и история, мне кажется, скорее, рассматривают лишь предположения, нечеткие факты, и вероятности).

Кризис психоистории или ее развитие?
Science Fantastic eaten my mind - Кризис психоистории или ее развитие?Кризис психоистории или ее развитие?

В таком виде я и познакомился в великой книгой..

Сначала была написана первая трилогия, потом последовали ее продолжения и приквелы к ней. Через какое-то время Азимов в стремлении объединить все свои фантастические произведения – знаменитые первые повести о роботах и трех законах роботехники, и более поздние, о роботе Дэниэле Оливо – «Детектив Элайдж Бейли и робот Дэниел Оливо»: «Мать-Земля», «Стальные пещеры», «Обнажённое солнце», «Зеркальное отражение», «Роботы утренней зари», «Роботы и Империя» и о Галактической Империи, как описываемой в Основании, так и в других произведениях – «Камешек в небе», «Звезды как пыль» и «Космические течения» – свел их в одну грандиозную мегаисторию.

Кризис психоистории или ее развитие?
Science Fantastic eaten my mind - Кризис психоистории или ее развитие?Кризис психоистории или ее развитие?

Если честно мне такой подход не понравился, мне хотелось, чтобы история о Галактической Империи и законах, повелевающих ею и описываемые психоисторией, существовала отдельно, без законов роботехники и бессмертного робота Оливье, и живой Галактики. И вот несколько лет назад мне попалось вольное продолжение, некий сиквел истории о психоисториках – "Психоисторический кризис" от Дональда Кингсбери. Этот роман пролил елей на мою любящую логичность и технологическую понятность во всем душу.

Оказалось, что этот роман был переписан из повести, перевод которой был опубликован у нас в антологии «Далекое будущее».

Можно ли воспринимать эту книгу как официальный сиквел к первой трилогии об Академии?

С одной стороны, у обоих произведений одна и та же вселенная, и общие идеи, с другой идеалистический дух Азимова заменен другим, более прагматичным размышлением, идеи первоисточника были переосмыслены.

Как неофициальный, думаю можно. По крайней мере, я не слышал о протестах и исках от общества и наследников Азимова к Дональду Кингсбери.

Так же, внимание!
АА: Если книги Азимова можно представить как историю рассказанную вечером добрым дедушкой своим внучатам про славные дела будущего (или прошлого) в назидание потомкам, то роман Кингбери это бодрый доклад зрелого мужчины, лет 45, не совсем забывшего еще бурные развлечения молодости.

ДК: Сюжет романа Кингсбери противоречит событиям, описанных в последних двух книгах канонической саги, а также в «Роботах Утренней зари», но такое противоречие вполне совместимо с идеологией азимовской психоистории. Если ко времени действия Основания человечество, буйным цветением диковинного сорняка заполонившее Галактику, начисто позабыло о своих докосмических корнях на Изначальной планете, то, что мешает Кингсбери внести последовательные аберрации в задачу отражения великой мечты Гэри (Гарри) Сэлдона?

Эта книга продолжает основные идеи книжной саги Азимова, но переосмысляет их на современный лад (времени написания продолжения Кингсбери).

АА: Во время написания Азимовым своей трилогии, в 40-е и начало 50-х годов, мир был в состоянии глобальной войны или он пока еще только отходил от нее. Было непонятно, что ждет весь послевоенный мир после таких разрушений. Начиналась уже холодная война, и было непонятно, ждала ли мир новая война, или все же мир вернется в мирное состояние.

ДК: Дональд Кингсбери написал свой роман в 2001 году, уже во время завершившейся победы научно-технического прогресса, когда появились всевозможные технологические штучки, и уже бурным цветом расцветала всякая толерантность, политическая и общественная.

У Кингсбери, в основном, описывается галактика в состоянии просвещенного Полдня Стругацких под управлением психоисториков, и их политика с ее тайными рычагами воздействия. В Галактике царит научный застой, который выгоден психоисторикам, ведь они курируют все важные научные разработки. И никто не покушается на их главенство в науке.

Дональд Кингбери по-другому описывает законы психоистории, цели и последствия их использования. Гуманистические просветительские цели Сэлдона и его первых последователей остались в прошлом, теперь перед Братством психоисториков стоят другие цели, административные и надзирательные.

В романе задается множество вопросов.

Что будет, если внешне демократические правители-ученые с недосягаемым знанием для большинства законов развития общества превратятся в касту, которая станет оберегать свою исключительность? И что если эта элита не станет терпеть любых соперников и нарушения исключительности своего знания?

И так ли важна тайна законов развития общества? Возможно, что, даже зная свое будущее, что должно произойти в нем, человечество все равно придет к нему. Может, будет лучше, если общество будет знать свое будущее и желать его всеми силами? Помогая таким образом наступить ему?

И почему психоистория должна быть достоянием только немногочисленной группки людей? Почему не должно быть конкуренции этой касте психократов? Ведь психоистория это наука, а монополия на идею ведет к застою научной мысли.

Дональд Кингсбери затронул темы, о которых в силу своей консервативности не писал Азимов. Это секс, в том числе, и скользкая тема малолеток, евгеника, когда еще до рождения ребенка родителями исправляются некоторые гены, генная инженерия животных, создавшая собак с хватательными пальцами и некоторыми зачатками речи, общественное самоуправление, боевые искусства, наркотики. В романе есть отсылки к ранним произведениям Азимова, и даже некоторая пародия на них.

Выводится невозможность телепатии. Любая сложная нейронная структура может воспроизвести одну и ту же мысль невообразимым числом способов. Каждый мозг вырабатывает систему кодов для своих собственных мыслей и ничьих других.

Также рассматривается идея и методы усовершенствования биологического мозга с помощью внешних устройств. У Кингсбери появляются вполне современные технологии и штучки, о которых не знал Азимов в свое время: импланты – расширители памяти и интеллекта – памы и персональные компьютеры, репликаторы вещей.

Аннотация романа
Небольшие различия в терминах и названиях

Некоторые термины и имена у Дональда Кингбери отличаются от написанных Азимовым, но это можно объяснить или нарочитым изменением или просто другим переводом.

Гэри – Гарри, Калган – Лакган, Трантор – Светлый Разум, Основание – Дальний Мир… и так далее.

Историческая действительность романов

АА: Действие первой трилогии Азимова начинается в дни начала распада Первой галактической Империи, когда груз всеобъемлющей бюрократии и сложных проблем централизации, взаимодействия окраин с далеким центром начинает приводить к отпаду окраин галактики от империи человечества. И, в конце концов, Империя распадается.

Кстати, Азимов описывает галактическое человечество, как единую расу без особых биологических различий. Что выглядит довольно оптимистично и идеалистически, но в духе тех времен, когда не слишком много знали об условиях космоса и изменчивости генов.

Главная идея первой трилогии о психоисториках Азимова: Гэри Сэлдон решил предотвратить многие тысячелетия варварства и сократить их до одного. Цель Великого Плана Основателя - установить цивилизацию, ориентированную в соответствии с выводами психоисторической науки. Создать специфические властные структуры, подготовить класс властителей-ученых.

При этом только просвещенное меньшинство знает и понимает законы развития общества и сообразно этому знанию правит большинством.

Во имя исполнения этого плана учеными было посеяно семя на окраине Галактики. И психоисторики следят за выполнением этого плана, направлять галактику к светлому будущему.

С чего все начинается...

Сюжет первой трилогии о психоистории
ДК: Действие "Психоисторического кризиса" происходит в далеком будущем относительно действия в первой трилогии об Основании, после двух с половиной тысячелетий правления психоисториков Второй галактической империей. В какой атмосфере и чем все закончилось, будет рассмотрено подробней дальше.

Главная идея романа Кингсбери: Уже давно существует галактическая цивилизация, построенная по законам психоистории и управляемая психоисториками. Но монополии психократов рано или поздно придет конец, потому что психоисторики предсказывают и создают будущее угодное только им, не угрожающее их власти. Трудно сохранить монополию на знание. И обязательно появятся альтернативные группы психоисториков.

У Кингсбери, в галактике также нет чужих разумных рас, но есть огромная куча гуманоидных галактических рас, общим предком которых являются сапиенсы с Земли. Местоположение ее известно, но не все считают ее родиной человечества, а ее обитателей считают отсталой расой, способной только на мошенничество.

Дональд Кингсбери рассказывает подробности истории Галактики и завоевания Светлого Разума и судьбы самой Терры, после того как ее покинули самые энергичные человеческие индивидуумы. Этих деталей не было у Азимова. Границы галактической истории от Азимова расширяются, ее дополняют. В книге порой есть специфический юмор и нарочитое смешение земных исторических эпох и символов, как будто это все далекое-предалекое прошлое давно забыто и извращено историками.

В романе тоже есть некоторые совпадения (явные рояли в кустах, но это можно простить) и похожие ходы сюжета, что и у Азимова, где тоже были путешествия, черт знает куда, и неожиданные, но так нужные встречи.

Но сюжет романа – более увлекательный и живой, чем у Азимова.

Первая отсылка к трилогии Азимова:

У Азимова в книге "Второе Основание" был герой – клоун Магнитифико Великолепный с Лакгана (Калгана?) с его необычным музыкальным инструментом, который чуть не сорвал исполнение плана Сэлдона.

Идея такого устройства для изменения человеческих эмоций была развита у Кингсбери. Оказывается, что этот инструмент был лишь всего прообразом психозонда, применяемого для контроля человеческих эмоций.

Первый прототип психозонда из Пряди Короны был похож на невзрачный музыкальный инструмент. Слуга, привезший его по приказу диктатора Лакгана, превратился в великого Клоуна Упрямого, когда ему удалось очаровать три миллиона звездных систем.

Клоун Упрямый с Лакгана, первый из "диктаторов" Междуцарствия, заполучил в свои руки настраиваемый психозонд. Он был достаточно сообразителен, чтобы научиться подчинять с помощью нового устройства человеческие массы, что привело к изменению психологических законов взаимодействия людей в масштабах всей Галактики.

После окончания Ложной реставрации Империи Дальний мир (Основание) стал искать гениев, создавших опасный прибор, который чуть не разрушил План Основателя. Он стал первой попыткой создать пам – прибор, дополняющий человеческий мозг.

Появление памов, о которых не знал Сэлдон, чуть не обрушило весь План Основателя, начиная со времен Клоуна Упрямого с Лакгана и его музыкального инструмента, меняющего настроения и эмоции людей, психоисторики, жестко контролируют их применение по всей Галактике. Дополнения к паму стали противозаконными.

Во Второй Империи пришедший в упадок Дальний мир (Основание) это просто диковинка для туристов и Мекка для антикваров, роющихся в останках былой славы. Дальний Мир был знаменит именно как научный центр, на нем совершили революцию в науке и технике. Политическая роль Дальнего Мира в Галактике уменьшилась во много раз.

Различия в построении сюжета и общая атмосфера книги

В этой книге осталась все та же величественная тема изменения судьбы всего человечества и Галактической Империи, что была у Азимова. Но нет битв между Империей и Основанием, старым и новым началом человечества, нет целеустремленности от варварства к светлому цивилизованному будущему.

В галактике уже два с половиной тысячелетия существует Вторая галактическая империя под управлением психоисториков, и удерживаемая ими в равновесии и спокойствии с помощью психоисторических законов. Когда-то, в конце тысячелетнего периода Междуцарствия, после почти тысячелетнего хаоса в Галактике, психоисторики вышли из тени. Только у них оказались методы, чтобы установить порядок. И галактика приняла их правление, потому что ее уже подготовили к этому выбору.

Править Братству психоисториков помогают все политические структуры, в том числе, полиция и большой космический флот, которые консультирует Братство.

Зачем нужен большой космический флот, раз воевать не с кем? Во-первых, видимо, раз не имеешь его ты, его имеет твой враг. Во-вторых, опять же видимо, существование этого флота нужно для стабилизации политической ситуации в уравнениях психоистории.

Сообщество психоисториков представляет собой самовластную элиту, обладающую тайным знанием законов психоистории, и доступ к которому тщательно оберегает. Братство психоисториков имеет ранги, от восьмого до первого, самого высшего.

Отдельное подразделение (специальная организация) психоисториков, в том числе, и один из героев книги – "адмирал" Хаукум Кон, следят за отклонениями, аномалиями в развитии галактических районов, обеспечивая стабильность Второй империи, и ища противодействие своему правлению, в лице возможного таинственного противника Второй империи.

Галактика, кажется, процветает и все в ней внешне напоминает яркий солнечный день, которому нет конца. Но это застой без психоисторических кризисов, резких социальных подвижек. Галактика напоминает сухостой, который готов в любой момент заняться огнем революции. И психоисторики уже на грани сдерживания этого огня.

Появляющиеся одиночки-таланты, которые смогли бы повторить путь Сэлдона или понять его законы, отыскиваются по галактике и включаются в ряды правящей элиты. Они становятся одними из правящих психократов. Секретность, и невозможность ее нарушить, закладывается в мозг неофита при церемонии посвящения. Недовольству психоисторией, казалось бы, нет места.

Психоисторики сохраняют в тайне методы предсказания будущего и никогда не печатают результатов своих исследований, потому что начальные теоремы психоистории Сэлдона утверждают, что эти методы, будучи обнародованы, потеряют силу достоверность, и в галактике наступит всеобщий хаос.

Психоистория стала зрелой но, в основном, консервативной теоретической наукой, она развивается в отдалении от практики, так как невозможна проверка идей, вариантов на ней. Когда наступало предсказанное будущее, то проверять какие-либо другие варианты этого будущего уже поздно.

Существуют две группы правящих психоисториков, которые видят будущее человечества по-разному. Первой, самой большой, руководит ректор Джарс Хейнис, второй — адмирал Хаукум Кон. Они считают свои методы предсказания и управления единственно правильными.

Но оказывается, что в галактике существует и третья группа психоисториков. Упорная скрытность Братства породила тайную альтернативную культуру мятежных психоисториков – агентов Смитоса.

Вторая явная отсылка к Азимову:

В книге Азимова “Второе Основание” была описана операция психоисториков, с помощью которой Второе Основание вернуло Дальний Мир (Основание) на предназначенный ему исторический путь. Тогда была «раскрыта» группа психоисториков на самом Основании ведущим ученым, отцом Аркадии Даррел.

Пятьдесят молодых психоисториков — якобы все Братство — были принесены в жертву, чтобы скорректировать катастрофическое отклонение от Великого Плана, они с Основания (Дальнего Мира) были высланы на пустынную планету Зурнл и, в конечном итоге, приняли мученическую смерть.

А основная организация психоисториков продолжила контролировать выполнение Плана, укрывшись на полуразрушенном Светлом Разуме в бывшем Императорском университете. Ведь план Сэлдона требовал, чтобы сам контроль над его выполнением был тайным.

По Кингсбери, одному из ученых этой группы, Тарику Смитосу, удалось сбежать и основать тайную организацию психоисториков.

Адепты Смитоса развивали свое видение психоистории с набросков основателя, они пошли альтернативным путем, столетиями развивали ее вне магистральной линии развития науки. Когда правящие психоисторики считают, что если каждый сможет предсказывать будущее, то историей нельзя будет больше управлять, то по учению Смитоса, альтернативной психоистории, это просто меняет знаки в обратной связи.

Адепты Смитоса предпочитали работать с маловероятными событиями, потому что психократам их труднее всего проследить. А, кроме того, не имея ни двадцати семи столетий психоисторической практики, как Братство психоисториков, ни гигантских ресурсов Второй империи, Надзор просто не располагал достаточными вычислительными возможностями для моделирования событий с высокой вероятностью.

Сравнение главных героев и сюжета книг.

Персонажи романа Д. Кингсбери не похожи на азимовских. Мне они напомнили героев Чарльза Шеффилда из его книжной серии "Вселенная Наследия", даже в какой-то момент проскользнул очень похожий кусочек сюжета.

АА: Азимов описал длинную временную линию, длиной, наверно, пару сотен лет, со своими главными героями на каждом временном участке.

ДК: У Дональда Кингсбери это, в основном, судьба одного главного героя, переплетающаяся с жизненными линиями пары второстепенных героев.

Сюжет романа "более личный" и развивается двумя основными временными линиями, сходящимися в одной точке – бунте главного героя Эрона Оузы против традиции секретности ученых, управляющих Второй галактической Империи. Момент его наказания описан в начале книги. Одна сюжетная линия идет до него, другая продолжается после него. В какой-то момент они сливаются, и действие романа заканчивается неким хэппи-эндом, ставящим все на свои места, в отличие от азимовского финального нечеткого размышления и надежды на бурное будущее.

Все действие романа, в отличие от саги Азимова, ограничено парой десятков лет, от юности главного героя до главного события его жизни, бунта против системы, указания на признаки приближающего психокризиса и нахождение метода его решения.

Есть еще тройка побочных линий второстепенных героев романа, дополняющих основные ветки сюжета, они, порой, переплетаются и сходятся в паре точек.

Одним из героев книги является гиперлорд Кикажу Джама со своей тайной организацией астрологов-психоисториков, другой второстепенный герой - Хаукум Кон, психоисторик второго ранга и представитель одной из двух школ психоисториков.

Третья группа героев, это тесно связанные друг с другом адепты Смитоса, Хиранимус Скоджил и Немия.

Новое видение психоистории и проблемы, связанные с этим

В книге описывается попытка тайной организацией психоисториков возродить астрологию на новом уровне, в ответ монополии Братства психоисториков на предсказания будущего.

Альтернативными психоисториками было решено свергнуть власть психократов с помощью этой возрожденной астрологии. Хотя астрология тоже имеет дело с предсказанием будущего, но без научных методов его изменения. Но у астрологии появятся какие-то шансы, только если она на самом деле сможет предсказывать будущее. Адепты Смитоса решили дополнить астрологию начальными теоремами психоистории, и использовать их для предсказания будущего отдельной личности или небольшой группы общества, таким образом распространить альтернативную психоисторию, и разбросать семена смуты по всей Галактике.

Им это удалось, и распространение организации астрологов-психоисториков было обнаружено правящими психократами слишком поздно, чтобы отделаться репрессивными мерами.

В романе также рассматриваются вопросы секретности и доступности знаний, широким массам и замкнутым группам. Нерешенная проблема секретности и подходов к сохранению тайны в психоистории приводит к мощному психоисторическому кризису.

Главный герой романа Эрон Оуза пришел к выводу, что очень трудно сохранить законы психоистории в секрете, и рано или поздно в галактике появятся альтернативные центры психоистории. Эрон Оуза за свой собственный счет опубликовал диссертацию по математике, рассматривающую эту проблему и указывающую на возможный психоисторический кризис, и послал ее в открытый раздел имперских архивов. Таким образом, совершив бунт против существующих порядков. Но его труд тут же стерли, а его наказали – уничтожением его пама, содержащего 90% его умений и знаний, а может и личности. Есть намеки, что это стремление к бунту у него появилось неспроста…

Исследуя проблему он понял, что существуют два совершенно разных подхода к сохранению тайны: первый применялся к непосвященным, которые не знали психоистории и не должны были догадываться о своем будущем, чтобы не нарушить его, а второй — к самим психоисторикам, которые должны были знать варианты будущего, чтобы менять его.

Математика Основателя имела принципиальный недостаток. Методы Основателя начинали сильно зависеть от соблюдения секретности, которая не была, да и не могла быть совершенной. Аксиомы секретности оказались прочно вбиты в стандартную психоисторическую модель Галактики. Предполагалось, что психоисторики будут жить в собственной «вселенной», изолированной от окружающей истории.

В эпоху Междуцарствия, когда психоисторики были крошечной группой, практически лишенной материальных средств, этот изъян в теории давал лишь очень небольшую погрешность и являлся вполне приемлемой аппроксимацией реальности. Однако с установлением в 13157 году г.э. Психоисторического Мира ситуация начала понемногу меняться. Если в конце Междуцарствия власть психоисториков была скорее символической, то через шестнадцать столетий она стала реальной. Братство превратилось в сильнейшую правящую группу в галактической истории.

Стена секретности, которую построили психоисторики вокруг своих методов предсказания, дала трещину. Здесь и там, в самых неожиданных местах возникали участки с признаками высокоточного прогнозирования. Несмотря на общий упадок математической науки, Братство столкнулось с массовой конкуренцией. И Вторая империя находится на пике исторического кризиса, который не был предсказан учеными вследствие их предубеждения, что психоисторические методы, это их секретная монополия. По теории Основателя должен быть только один предсказатель.

Психоисторический контроль сам по себе, в отсутствие фундаментальных знаний, порождает застой. Ни одна монолитная организация, управляемая одним человеком, не может спланировать историю, которая удовлетворит всех. Недовольные постепенно накапливаются в темных углах, страдая и умирая духовно, превращаясь в горючую смесь для будущих пожаров и, в конце концов, выдвигая собственных психоисториков, чтобы самим контролировать будущее.

По предложению Оузы проводится штабная столетняя психоисторическая война, по политическому развитию галактики с учетом появления альтернативных групп психоисториков.

Штабная игра привела к результатам, что если основываться на стандартных способах решения, то империя быстро погрузится в хаос, только использование новых методов, предложенных Оузой, поможет сдержать наступление анархии. Методы Эрона Оузы были основаны на принципах, развитых альтернативными психоисториками – адептами Смитоса и потом им самим.

При предположении, что если братство психоисториков потеряет монополию на психоисторию, то возникнут новые центры изучения психоистории, и это приведет к полному перевороту политической ситуации в галактике, когда каждая система станет искать свое лучшее будущее только для себя. Были предсказаны большие и малые войны, где знание психоистории имело существенное значение для военных действий. В результате чего непоколебимая стабильность Второй Галактической Империи давно лежала в руинах.

Психократы упорствовали в фаталистическом мировоззрении, укоренившемся в последние безнадежные столетия Первой империи, несмотря на то, что математические расчеты в рамках психоистории давали изобилие альтернативных вариантов будущего. Их План выродился в ходе тысячелетнего междуцарствия в некий управляемый детерминизм. Он уже давно воспринимался не просто как жизнеспособное альтернативное будущее, которое уводило прочь от хаоса рушащейся империи, а как единственное верное будущее с Братством у руля.

Сравнительный анализ ошибок психократов и адептов Смитоса.

Психократы перестали использовать психоисторию для поиска достойных, но маловероятных вариантов будущего. Ведь сам План фактически тоже когда-то был маловероятным вариантом, рассчитанным Основателем. Став элитой, психократы намеренно отказались анализировать большую вероятность того, что они не смогут удержать монополию на психоисторические знания.

Они пренебрегли психоисторией как инструментом для исследования нежелательных вариантов будущего. Они забыли, что главная цель предсказаний — помочь избежать опасностей. И использовали свою власть только для того, чтобы нейтрализовать отклонения от Плана.

Адепты Смитоса в течение столетий они представляли собой маленькую группу, для которой достаточно было противостоять Братству локально тонкими невидимыми способами. Но чем больше они сопротивлялись Плану, тем сильнее реагировало Братство — пока не была создана целая специальная группа, единственной целью которой было противостоять таинственным силам. И тогда смитосиане были вынуждены использовать свое последнее оружие против Второй империи — знание психоистории. Вместо того чтобы попытаться создать и осуществить лучший План, смитосиане стали разрушать Вторую империю, например, создав организацию астрологов-психоисториков.

В конце романа становится ясно, что нужны были новые методы управления Галактикой. Новые уравнения психоистории.

"Предсказание — только половина игры, дальше начинается его опровержение! Вы забыли слова Основателя: «Психоистория — выбор будущего»".

Что же начну работу над фэнтези книгопостом или продолжением рассказа.

99
Интересное на Gamer.ru

5 комментариев к «Кризис психоистории или ее развитие?»

    Загружается
Чат